Смаллиан – это такой Станислав Лем, только от математики. Советские дети помнят его по незабываемой “Как же называется эта книга?”. А ещё была “Алиса в Стране Смекалки” (“Королева думает, что Король думает, что Королева думает, что Король думает, что Королева не в своем уме…”).
Востоковеды этой книгой будут, пожалуй, недовольны. Ведь Смаллиан произвольно смешивает самые разные традиции в трактовке Дао! И это в то время, когда сами исследователи не уверены, читал ли Чжуан-цзы книгу Лао-цзы, несмотря на принадлежность к общей традиции. Дао – оно очень разное. У Лао-цзы – это “утроба”, из которой течёт всё сущее (т.е., женщина), у Чжуан-дзы – Великий Мастер, Кузнец, который отливает в своём горниле все предметы мира (т.е., мужчина, а утроба – не больше, чем его инструмент), а у конфуцианцев – “приоритетное направление” (“нет дорог, есть но направления”). Неужели он их не различает?
Я думаю, как раз для этой книги такое разделение и не важно. Смаллиан не исследует даосим. Он пытается найти там термины и рассуждения, чтобы объяснить явления, для которых ему не хватает слов европейской традиции. Примерно как Джек Лондон обнаруживал в монологе Чжуан-цзы про бабочку Белую Логику алкоголика. Или как я сейчас смотрю на перевод “Джона, Ячменное Зерно” и не могу найти главу, в которой приводится эта цитата – хотя точно помню, что она там была.
Не следует осуждать битников за то, что они заимствовали “неправильный” дзен-буддизм. Как будто в Японию буддизм приходил “правильным”! Даже христианство мутирует, превращаясь в надстройку над местными поверьями. Что уж говорить о методе. В самой Японии, судя по “Золотому Храму”, 90% дзена – не больше, чем музейные экспонаты.
Не страшно узнать даосизме из “Дао Винни-Пуха”. Страшно думать, что это лучшая книга по теме.
Востоковеды этой книгой будут, пожалуй, недовольны. Ведь Смаллиан произвольно смешивает самые разные традиции в трактовке Дао! И это в то время, когда сами исследователи не уверены, читал ли Чжуан-цзы книгу Лао-цзы, несмотря на принадлежность к общей традиции. Дао – оно очень разное. У Лао-цзы – это “утроба”, из которой течёт всё сущее (т.е., женщина), у Чжуан-дзы – Великий Мастер, Кузнец, который отливает в своём горниле все предметы мира (т.е., мужчина, а утроба – не больше, чем его инструмент), а у конфуцианцев – “приоритетное направление” (“нет дорог, есть но направления”). Неужели он их не различает?
Я думаю, как раз для этой книги такое разделение и не важно. Смаллиан не исследует даосим. Он пытается найти там термины и рассуждения, чтобы объяснить явления, для которых ему не хватает слов европейской традиции. Примерно как Джек Лондон обнаруживал в монологе Чжуан-цзы про бабочку Белую Логику алкоголика. Или как я сейчас смотрю на перевод “Джона, Ячменное Зерно” и не могу найти главу, в которой приводится эта цитата – хотя точно помню, что она там была.
Не следует осуждать битников за то, что они заимствовали “неправильный” дзен-буддизм. Как будто в Японию буддизм приходил “правильным”! Даже христианство мутирует, превращаясь в надстройку над местными поверьями. Что уж говорить о методе. В самой Японии, судя по “Золотому Храму”, 90% дзена – не больше, чем музейные экспонаты.
Не страшно узнать даосизме из “Дао Винни-Пуха”. Страшно думать, что это лучшая книга по теме.
